Библиотека

НовостиО себеТренингЛитератураМедицинаЗал СлавыЮморСсылки

Пишите письма

Силовой

 

 

 

Давид Адамович Ригерт

БЛАГОРОДНЫЙ МЕТАЛЛ

Глава №14   СВОЕ СУЖДЕНИЕ ИМЕТЬ...

На чемпионате мира 1983 года в Москве, как всегда, большую часть времени я проводил «за кулисами», то есть в разминочном зале. Тем более, статус почетного гостя Международной федерации тяжелой атлетики это позволял. И думал: вот болгарская сборная, знакомая мне давно. Возглавляет ее признанный во всем мире авторитет — Герой Социалистического Труда НРБ Иван Абаджиев. Ну а кто ему помогает? Олимпийский чемпион, также Герой Социалистического Труда Нореир Нурикян. Неоднократный чемпион мира Недельчо Колев. Мой соперник на Олимпиаде-80 Румен Александров. То есть штангисты нашего поколения, а кое-кто, например, Александров, даже младше. Однако Абаджиев, опытнейший специалист, создавший могучую школу тяжелой атлетики, опирается именно на них. На своих учеников, которые вместе с ним добывали для Болгарии спортивную славу.

А почему же, думал я, в нашей сборной команде нет среди тренеров бывших чемпионов? Почему, скажем, Александров вовсю трудится здесь, на чемпионате мира, а Давид Ригерт, у которого наверняка побольше опыта, да и громких титулов — присутствует во Дворце спорта «Измайловский» в качестве почетного гостя? Я не привык «гостить» во Дворцах спорта.

В последние годы в сборной задавали тон так называемые «тренеры-организаторы». В прошлом они самостоятельно не подготовили ни одного чемпиона, тем паче сами не были таковыми. Но волею судеб оказались у руля. И, подозреваю, наши стремления быть полезными главной команде страны расцениваются едва ли не как нахальство. Мало того, спортсменов, имеющих явный вкус к тренерской работе, стараются, так сказать, «локализировать», особенно в конце их карьеры. Так произошло, например, с олимпийскими чемпионами Султаном Рахмановым и Александром Ворониным. За весьма незначительный проступок их отчислили однажды с тренировочных сборов в Подольске и, словно обрадовавшись, поставили крест на ведущих спортсменах сборной.

А чего стесняться? Олимпийские игры позади, а до следующих еще далеко. Самое время провести в сборной команде «реконструкцию» да «закрутить гайки». Кто там еще грамотный, кто постоянно отстаивает свое мнение на методику тренировок? Леонид Тараненко? А мы и его поставим на место. Неважно, что герой Олимпиады-80. Этих героев у нас... На сборы не вызовем — раз. На чемпионат мира не возьмем — два. Ничего, что ум него результаты выше всех. В этом весе, до 100 килограммов, кого ни выставим от нашей команды — тот и привезет золотую медаль! А Тараненко пусть в следующий раз не умничает.

Еле-еле удержался в сборной Леонид. Благодаря сильному характеру да большому потенциалу, который позволял по-прежнему бить рекорды. Ну а другим «старичкам» пришлось уйти.

Где-то я прочел, что спортсмен — явление временное. Наверное, так оно и есть. Но работать с большим спортсменом «временно», считаю, абсолютно недопустимым. С ним нужно работать навсегда.

Мне кажется, от ветеранов моего поколения столь тщательно избавились в сборной именно потому, что каждый из нас «свое суждение имел». В первую очередь на методику тренировок.

Мы с тоской вспоминали начало 70-х. Тогда от каждого спортсмена сборной страны требовали собственный годовой план. Мы составляли их вместе со своими личными тренерами (скажем, я — с Плюкфельдером) и отсылали в Москву. А тренерский совет сборной их утверждал и при необходимости вносил коррективы. То есть в первую очередь учитывались индивидуальность штангиста, опыт его наставника. Иначе и быть не должно. Сошлюсь на мнение известных специалистов. Экс-рекордсмен мира по прыжкам в длину, ныне старший тренер сборной команды легкоатлетов СССР И. Тер-Ованесян пишет: «Рекорды сегодня и завтра будут уделом ярких индивидуальностей, которые сумеют на основе известных, признанных" методов тренировки найти свой, только им подходящий метод, путь, быть может, совершенно парадоксальный».

А вот мнение заслуженного тренера СССР по хоккею Н. Эпштейна:

«Почему талантливые хоккеисты не раскроют свои возможности, хотя внешне их старание и заметно? Зная, что вызову нарекания коллег по тренерскому цеху, все же спрошу: «А может быть, здесь вина не самих хоккеистов, а ваша, товарищи наставники? Не подгоняете ли вы игроков под свои схемы и рамки, лишая их индивидуальности и возможности творчества?»

...По собственному опыту знаю, что послушный, никогда не спорящий с тренером и только выполняющий «от сих до сих» все установки игрок удобен. И молодого хоккеиста легко сделать таким, только вот из подобных игроков большие мастера никогда не получаются.

Для меня всегда на первом месте стояла личность, индивидуальность хоккеиста. Я никогда не стремился подгонять игрока под схему, под свои тренерские концепции. Наоборот, пересматривал схемы, концепции, когда в команде вырастал игрок неординарный. А выросло их не так уж мало для такой команды, как «Химик».

Двумя руками голосую за тренерскую позицию уважаемого маэстро хоккея. Но видите ли, в чем дело: ставить на первое место индивидуальность спортсмена — это же так хлопотно! Тут еще, между прочим, и глаз надо иметь, и тренерское чутье — такое, допустим, как моего наставника, «папаши Плюка». А составить для всех единый план — куда проще! Энергию же можно вложить в его выполнение: всех заставить, всех зажать, чтобы никто не пикнул?

Ветераны недовольны, они протестуют? Ветеранов давно пора провожать «на пенсию». Тем более необходимо решительно омолаживать команду. Вон у болгар столько юных чемпионов, а у нас в сборной одни «старички».

Всегда щекотливый вопрос — омоложение команды. Все любят молодежь. Все — за нее. И я меньше всего хотел бы обидеть молодых штангистов. Появился талант — надо сделать все, чтобы он раскрылся. Но только подход к любому делу должен быть объективным. Если юный спортсмен показывает более высокий результат, чем ветеран,— это же прекрасно! Все пути ему открыты, на самый высокий помост. Но предоставлять место в главной команде страны только за молодость, за перспективу, за талант — вряд ли справедливо. Тем боре в нашем сугубо мужском виде спорта.

Я не очень-то в восторге от болгарских семнадцатилетних рекордсменов мира. Больно быстро они исчезают из спортивного горизонта. Убежден, что тяжелая атлетика — занятие для мужчин. И пока штангист, просто говоря, не окрепнет, сверхнагрузки ему ни к чему. Меня, пример, десять лет подряд не могли сломать самые тяжелые снаряды. А потому, я считаю, что за гриф взялся уже достаточно крепким парнем. Так же — и Василий Алексеев, и Александр Воронин. Не говоря уж о штангистах прошлых поколений. Аркадий Воробьев, Юрий Власов начали серьезно заниматься штангой в том возрасте, в котором нынче многие уже заканчивают.

Не нужно перегибать палку. По-моему, на международный помост должен выходить зрелый, сформировавшийся боец. А такие как грибы не подрастают. Сейчас одно из самых ярких дарований нашей сборной страны — полусредневес Владимир Кузнецов. Какая координация, какое чувство снаряда! Володя — рекордсмен мира в рывке, серебряный призер московского чемпионата мира 1983 года. Но при всем при том он еще просто не готов стать чемпионом, В этом я убедился в Варне, на ответственном турнире «Дружба-84». Чтобы выйти на первое место, Владимиру нужно было толкать 215 килограммов. Вес, конечно, огромный, но рисковать надо!

Кузнецов этот вес не взял. Да не в этом даже дело. Я видел, что спортсмен сам не верит в свои силы. Позже он мне признался:

— Я знал, что этот вес не возьму.

— А зачем же тогда выходил?

— Ну, сказали...

Вот такая ситуация. Кузнецову 21 год. Штангист есть. Бойца нет. Если спортсмен подходит к снаряду, у него в голове должна быть только одна мысль: взять во что бы-то ни стало. Спросите об этом у Варданяна или Тараненко — опытных, прославленных спортсменов. Они вам ответят, что, если ты хоть на мгновение заколебался в мыслях — это все. На помост можно не выходить. Они-то в острых схватках колебаний не знали. Поэтому они — олимпийские чемпионы. Люди, которыми нужно дорожить.

В одном из интервью наш лучший футболист Олег Блохин сказал так: «Сейчас нередко говорят о 22—24-летних моложаво-перспективных игроках, а в 26 лет они, не оставив ни в чьей памяти следа, уже сходят. Дополнительный груз взваливают на себя ветераны. Они-то верны футболу, своим командам, себе до конца.

Даже у выдающихся тренеров бывают серьезные перепады в результатах. И не всегда тренера может выручить его талант. У него должны быть еще и отличные игроки. А когда идет так называемая смена поколений, часто выражающаяся в весьма упрощенном варианте: быстро попрощаться с теми, кому порядка, тридцати нет, еще быстрее набрать обнадеживающих ребят, то в Клубах и даже в сборных происходят досадные сбои. По-моему, и с 20-летнего, и с 30-летнего спрос должен быть один — по игре».

Приводя в пример успехи юных болгарских рекордсменов, мы порой забываем, что у них совсем иные национальные особенности, чем, скажем, у наших сибирских ребят. Организм формируется быстрее, к 18 годам го уже вполне зрелый мужчина. А наши парни «заматереют» к 21—22 годам, не раньше. И вот тогда уже можно давать им максимальные нагрузки! Да не спешить ставить на них крест, если они не раскроются еще год-другой.

Но такой возможности — не спешить — сейчас, к сожалению, наши тренеры лишены. В тяжелой атлетике введен возрастной ценз: если ты не мастер спорта международного класса, то с 24 лет всесоюзный помост для тебя закрыт! Он — для юных дарований. Крутые меры, правда? Но только оправданы ли они? Вот пришел ко мне тренироваться парень в 16 лет. Для тяжелой атлетики не поздно, это — не гимнастика и не фигурное катание. В 21 год он стал мастером спорта. Но норматив «международника» к 24 годам осилить не смог. Значит, мужчину в расцвете сил надо гнать из спорта? Где же тут логика?

Но не только из-за национальных особенностей организма быстрее прогрессируют молодые болгарские штангисты. У них, опять же благодаря в основном неустанному труду старшего тренера сборной Ивана Абаджиева, великолепно развита система детских спортивных школ, культивирующих тяжелую атлетику. По статистике, в Болгарии занимаются штангой всего-то 3,5 тысячи человек. Это столько же, сколько, если верить отчетам, насчитывается штангистов в Ростовской области!

Но у наших друзей-соперников с ребятами работают серьезно, вдумчиво, с дальним прицелом. И ни один способный мальчишка, будьте уверены, не потеряется. Его пригласят в региональный спортинтернат, которых немало. Ну, а самых одаренных возьмут на заметку селекционеры Абаджиева. Подойдет срок — и эти юноши будут приглашены для тренировок в сборную команду Болгарии.

У нас, к сожалению, о такой четкой системе пока можно только мечтать. По статистике, едва ли не 300 тысяч человек занимаются в стране тяжелой атлетикой. Но кто туда попадает, в эту огромную цифру, для меня загадка. Может быть, люди, поднимающие штангу на конкурсах «А ну-ка, парни!»? Ведь штангистов, регулярно тренирующихся, без сомнения, гораздо меньше. А юношей — тем более. Немногие детские спортивные школы имеют отделения штанги. Скажем, в городе Шахты, где в разное время жили четыре олимпийских чемпиона — Рудольф Плюкфельдер, Алексей Вахонин, Василий Алексеев и я, — в нашу бытность такого отделения не существовало. Хотя вопрос о нем поднимался ежегодно.

На всю огромную нашу страну всего лишь несколько интернатов взялись «приютить» у себя штангистов. Но если с ними работают так, как у нас в Ростове, то лучше бы и не браться. Никто там не озабочен, чтобы подобрать мальчишкам опытного авторитетного наставника, имеющего вкус к занятиям именно с детьми. Такого, например, как шахтинец Виктор Дорохин, заслуженный тренер СССР. Возглавляют отделение тренеры, ничем себя не проявившие. Естественно, их коллеги не спешат передавать им своих лучших учеников: мол, чем ты лучше меня? Да и сами сотрудники спортинтерната не особенно сбиваются с ног в поисках талантов: набрали юношей, заполнены журналы — ну и ладно. Будем работать, глядишь, что-нибудь получится. Вряд ли, потому что именно «набрали», а не отобрали. Разница огромная.

В молодежной сборной — та же картина, что и у взрослых. Единые для всех планы подготовки — и полное недоверие к личным тренерам юных спортсменов. Шаблонный подход к спортсменам. И вот результат: тренеры на местах начинают «прятать» талантливых мальчишек, не передают их в юношескую, юниорскую сборные. Они боятся, и не без основания, что «единые планы» если не сломают их питомцев, то уж точно отобьют вкус к «железной игре». Пусть лучше, рассуждают такие тренеры, растет мой парень в неизвестности, но под надежным крылом. А окрепнет, будет достоин — передам его прямо в национальную сборную страны!

Полагаю, что на такие искусственные, надуманные меры, как омоложение либо резкое увеличение тренировочных нагрузок, идут малокомпетентные люди. Но с них спрашивают — мол, почему начали проигрывать болгарской сборной? Надо что-то предпринимать. А что? И вот мы, рапортуют, проводим резкое омоложение... Ввели единый график тренировок... Поди разберись, что нам надо, а что не надо. Это только узкому специалисту, пожалуй, под силу.

Нагрузки бесконечно взвинчивать невозможно, никто ведь не будет проводить в спортзале целый день! Человеческий организм имеет пределы. Но вот повышать культуру тренировок — это совершенно необходимо. Для этого, правда, надо кое-что знать: и физиологию, и анатомию, и психологию. Понимать особенности каждого штангиста и так распределить нагрузки, чтобы он с ними не только справился, но и вовремя восстановился.

Плюкфельдера в свое время предавали анафеме за стрессовые тренировки, которые он задавал своим штангистам. А мы не роптали. Не калечились, как предрекали некоторые, а выходили в чемпионы. Потому что подбор упражнений был богатейший. Мы не тупели на тренировках при любой, самой черной работе. И восстановительные мероприятия наш наставник продумывал не менее тщательно, чем сами занятия. А главное, каждого из нас он знал как свои пять пальцев — отсюда и строил тренировку. Хочу сказать, что талант и высокий профессионализм в серьезном деле абсолютно незаменимы. А большой спорт считаю делом очень серьезным. На этом и хотел бы поставить точку.

Но в заключение не могу удержаться дать некоторые советы тем ребятам, которые уже немного увлеклись штангой. Все-таки я тренер. Только предупреждаю юношей штангистов, читающих эти строки, мои советы кому-то могут подойти, а кому-то нет. Но, если они окажут молодому спортсмену хотя бы небольшую пользу, буду очень рад.

Часто ребята задают вопрос: «Какими физическими данными должен обладать будущий штангист?» Иными словами, кому можно заниматься тяжелой атлетикой, а кому, может быть, не стоит тратить время?

В принципе, тяжелой атлетикой может заниматься любой здоровый человек. Бытует, правда, мнение, что чем парень меньше ростом, тем легче ему поднимать штангу. Не уверен в этом. Последнее время все чаще на помост выходят атлеты довольно высокого роста. Я уже говорил о своем талантливом сопернике, болгарском штангисте Андоне Николове. У него рост 182 сантиметра. Наш Павел Первушин еще выше, Василий Алексеев—187 сантиметров, а Христо Плачков—190! Называю только рекордсменов и чемпионов мира. Могут возразить, что все это атлеты тяжелых весовых категорий. А кто может знать, в какой категории будет со временем выступать сегодняшний худощавый, высокий юноша?

Если вы помните, я начинал свой спортивный путь в легком весе, до 67,5 килограмма. Тогда мне было 17 лет. А потом жалел, что не хватает десятка сантиметров роста — у меня их всего-то 172, а то бы непременно попробовал свои силы не только в первом тяжелом, но, может быть, и в абсолютной весовой категории. Это, впрочем, не значит, что я приглашаю в секцию гигантов. Им лучше все-таки играть в баскетбол.

Единственное, на мой взгляд, препятствие на пути к высоким результатам в тяжелой атлетике — неудачное строение локтевого сустава. Я достаточно подробно рассказывал об этом в том месте книги, где мы встречаемся с Рудольфом Плюкфельдером. Кто-кто, а мой тренер разбирается в суставах до тонкостей, и кое-чему, думаю, я у него научился. Но и здесь даже у специалистов могут быть противоречивые мнения: есть или нет у парня включение? Ну, уж коль возникло такое противоречие, занимайтесь тяжелой атлетикой на свой страх и риск.

Иногда спрашивают: в какое время суток лучше начинать тренировки? Как правило, выбирать нам особенно не приходится: работа, учеба и т. д. определяют в первую очередь распорядок дня. Но если есть возможность выбора, то лучше тренироваться утром. Молодому штангисту, выполнившему третий разряд, нужно, на мой взгляд, заниматься пять раз в неделю, минимум — четыре раза. Продолжительность тренировки —2—3 часа.

Разминка проводится до легкого пота и непременно содержит упражнения для развития тех суставов, которые будут испытывать наибольшую нагрузку: лучезапястных, голеностопных, коленных. Следует не забывать о наклонах.

Любая тренировка должна включать не менее четырех специальных упражнений штангиста. Это могут быть рывок классический, подъемы штанги на грудь, выполнение «тяги», приседания.

Я никогда не боялся перенасытить свою тренировку разнообразными «подводящими», неклассическими упражнениями, как-то: рывок штанги «с виса», рывок с плинтов, взятие снаряда на грудь в полуприсед, выполнение «толчкового швунга» и т. д.

Думаю, что в одной тренировке штангиста третьего разряда можно выполнять до десяти подобных движений. В моем арсенале, если вы помните, было около сорока подсобных упражнений.

Если получилось так, что тренироваться приходится поздно вечером, к концу занятий сбавляйте интенсивность нагрузок. В любом случае не забывайте в конце тренировки «повисеть» на перекладине или на гимнастической стенке — это хорошо разгружает суставы и позвоночник. Заканчивайте занятия легкой пробежкой, а после полезно пройтись пешком. Свежий воздух и неторопливая прогулка восстановят работоспособность, снимут возбуждение.

Трудно судить заочно о технике молодых штангистов, но могу назвать наиболее типичные ошибки из тех, которые мне приходится подмечать в спортзале и на соревнованиях.

Часто молодые атлеты не умеют удерживать прямую спину во время выполнения основных классических упражнений. На это надо обращать внимание повседневно, можно даже чуть прогибаться в пояснице на тренировках.

Надо приучать себя делать упражнение так, чтобы в момент подъема снаряда плечи не отклонялись назад. Во время «тяги» и «подрыва» они должны быть в естественном положении, даже слегка «накрывать» штангу: проекция плеч должна быть на палец-два впереди проекции грифа.

Важно принимать правильное стартовое положение: голова и спина находятся на одной прямой, взгляд устремлен приблизительно на три метра вперед от грифа; если вы соревнуетесь на стандартном помосте — то на шаг за помост.

Многое зависит от правильного выполнения «подрыва» штанги. Кое-кто почему-то понимает подрыв как резкий удар грифом по бедрам, что абсолютно неправильно. Подрыв — это резкое ускорение движения штанги, во время которого допускается касание бедер. В момент начала подрыва наиболее выгодное и правильное положение такое: угол между туловищем и бедрами — чуть больше 90 градусов, между голенью и бедром — приблизительно 160 градусов. Очень часто атлеты в этом положении смещают центр тяжести или на носки, или на пятки. И то и другое неверно. Проекция центра тяжести в этот момент должна проходить между мизинцем и серединой стопы. Чтобы принять правильное положение, надо стать на наружную часть стопы и поднять пальцы. Затем опустить пальцы и плотно поставить стопу на помост. Углы между туловищем и бедром, а также между голенью и бедром в этот момент остаются те же. Иногда бывает, что у штангиста вдруг разладилось какое-то упражнение и он никак не может его «поймать». Однажды, помню, на тренировочном сборе в Феодосии я совершенно «потерял» толчок: 150 килограммов валятся из рук, как будто никогда их не поднимал! Пробую и так и этак — бесполезно. Плюкфельдер, видя, что я начинаю нервничать, говорит:

— Бросай это дело. Пойди посмотри, работает ли кран в душевой.

Это у него поговорка такая, если кого-то из зала отправить надо. Но мне не хочется уходить — ребята вокруг тренируются, стараются, да и соревнования на носу.

— Ну,— говорю,— хоть пожму немного!

Жим как раз незадолго до этого отменили. Начал выполнять жим. Поднял сначала 120 килограммов, затем 130 и так потихоньку добрался до 180! А 150 перед этим толкнуть не мог! При выполнении жима обычно не думаешь, как брать штангу на грудь, все внимание направлено на то, чтобы вверх ее поднять. А ошибка, как выяснилось, была у меня именно при подъеме на грудь. Таким образом, во время выполнения жима старый, верный навык движений восстановился. Чтобы отвлечься, сделал после этого два-три рывка, 130 и 150 килограммов (это я практикую без специальной разминки), и, «отрегулировав» себя таким образом, провел после этого полную тренировку по плану.

Это я к тому говорю, что каждый должен искать свои пути устранения технических ошибок, а не надеяться только на подсказку тренера.

Как готовиться к соревнованиям? Молодым атлетам йогу предложить следующую схему. На мой взгляд, для них полезно дней за пятнадцать до старта попробовать поднять на тренировке околопредельные веса (но не предельные!). Это у штангистов называется «проходкой». И больше на этой тренировке серьезной работы не выполнять. Следующую тренировку провести в режиме 70-75 процентов интенсивности. Затем заниматься с малыми и средними весами, уделяя больше внимания «тоннажу». Чем ближе к соревнованиям, тем меньше должны быть нагрузки, а за два дня до старта можно отдыхать. Но не больше двух дней. Организм, втянутый в тренировки, полностью восстанавливается за день, а через два дня вы вообще должны чувствовать излишек энергии.

Пусть вас не пугает, что в ночь перед соревнованиями не спится. Главное — не нервничать из-за этого. Обычно чем больше думаешь о том, что необходимо заснуть, тем хуже это - удается. Сил у вас не убудет. А если в конце концов удалось заснуть на 4—5 часов, считайте, ваш организм полностью восстановился. Если, конечно, не было излишней сгонки веса. Но в юношеском возрасте этого следует избегать — ведь мышечная масса естественно растет. Перед самыми соревнованиями не советую длительных прогулок и т. д., лучше постарайтесь донести всю свою энергию до помоста.

Любые соревнования надо планировать так, чтобы у вас получилось шесть подходов. С первой и до последней минуты старайтесь выступать качественно, показать все лучшее, чему вы научились на тренировке. Думаю, что тренер не позволит вам начинать с такого веса, который вы не можете поднять. А вот в третьем подходе, если вдруг почувствовали себя неважно, не стесняйтесь просить тренера немного снизить вес. Но только чтобы это было проявлением здравого смысла, а не трусости.

Выработайте у себя привычку регулярно вести дневник соревновании и тренировок. Я уже говорил о его неоценимой пользе. Причем дневник в любое время может потребоваться не только вам, но и вашему тренеру (для определения правильной дозировки последующих нагрузок, например). В дневнике тренировок должны быть указаны дата, длительность занятий, их содержание, перечень упражнений, которые вы выполняли. Здесь же должны быть записи о самочувствии. Если есть возможность вести врачебные наблюдения во время тренировочного процесса, записывайте их результат. В любом случае нужно проконтролировать собственный пульс до занятия, во время нагрузок и после занятия и все данные внести в дневник. Сюда же помещаются заметки о состоянии аппетита, а также все замечания тренера, касающиеся тренировочного процесса.

С первых соревнований надо стремиться вырабатывать собственный почерк. Многие молодые спортсмены теряются от присутствия зрителей, особенно когда им кажется, что зал настроен по отношению к ним сдержанно, а то и недоброжелательно. Как правило, такие страхи беспочвенны. Мне, например, приходилось выступать в разных странах, перед самой разной аудиторией, но откровенно отрицательной реакции зала не припомню. Хотя, конечно, нужно быть готовым ко всяким неожиданностям.

Многое здесь зависит от самого атлета. Если он появился на помосте в неопрятной форме, со взъерошенными волосами, то вряд ли расположит к себе зрительный зал. Настоящие мастера штанги являют образец подтянутости и аккуратности. Я всегда с удовольствием усмотрел, например, как выступает Павел Первушин. Высокий, стройный, форма на нем тщательно пригнана. Я думаю, что такие штангисты, как Первушин, Тальтс, Варданян, даже манерой своих выступлений отлично пропагандировали тяжелую атлетику.

Как ни увлекателен, на мой взгляд, наш мужественный вид спорта, настоятельно советую молодым спортсменам не заниматься одной только тяжелой атлетикой. Хочется поиграть в футбол— идите и играйте. В волейбол — еще лучше. Не забывайте, что именно этот вид спорта был первым увлечением Василия Алексеева, Павла Первушина, Юрия Варданяна. Кстати, вся наша сборная страны иногда превращается в волейбольную команду, и вовсе неплохую. Однажды на тренировочном сборе в Подольске мы обыграли молодежную сборную СССР по волейболу. Правда, женскую. А вы думаете, это так легко? Выпрыгнешь над сеткой чуть не по грудь, пробьешь и думаешь — все в порядке! Смотришь, а девчонка «вытащила» этот «мертвый мяч». Нас это первое время страшно удивляло.

А прыгают, между прочим, у нас здорово все. Даже Дито Шанидзе, у которого рост 160 сантиметров, свободно мог в прыжке посмотреть через сетку на другую сторону площадки. И это не случайно: в системе подготовки штангиста прыжковым упражнениям отводится очень важная роль. Мы прыгаем на тренировках с места в длину и тройным, в высоту с места и с короткого разбега... Я знаю, что прыжковые показатели ведущих штангистов ненамного отличаются от результатов лучших советских легкоатлетов и волейболистов. Штангисту очень нужна взрывная сила, а ее отлично развивают разнообразные прыжковые упражнения. Как правило, мы выполняем их в конце занятий.

Весьма полезно для тяжелоатлета поиграть в настольный теннис: это вырабатывает реакцию и мышечное чувство. Особенно любят этот вид спорта наши тяжеловесы. Ракетка у иного почти скрывается в руке, а бьет так, что глаз не успевает следить!

Во время активного отдыха почти всегда беру в руки легкоатлетическое ядро. Большинство штангистов — частые гости на ближайших стадионах. Мы нередко даже принимаем участие в соревнованиях по легкой атлетике. Помню, с Колей Колесниковым, в то время серебряным призером чемпионата мира, отстаивали честь шахты «Южная» в соревнованиях среди производственных коллективов города. Я пробежал 100 метров за 11,8 секунды, а Коля прыгнул за 6 метров в длину.

Особенно полезны для штангистов легкоатлетические кроссы. Именно кроссы эффективнее всего готовят юношеское сердце к тем нагрузкам, которые выпадут на помосте. Вообще, развитие выносливости — один из важнейших компонентов тренировки. Ведь соревнования порой проходят несколько часов, и как бывает неприятно смотреть на молодого, способного парня, который, возвращаясь с помоста, ловит ртом воздух, как рыба. Все понятно без слов: штангист не работает над развитием выносливости, плохо тренируется.

Существуют разные способы развития специальной выносливости. Например, иногда можно проводить тренировки с укороченным временем отдыха. Если обычно время отдыха между вашими подходами к штанге равно 1,5 минуты, то на этой тренировке можно сократить его до 40—50 секунд. Но при условии хорошего самочувствия и, желательно, под контролем врача. А вообще должен сказать, что только неотступные, систематические тренировки гарантируют штангисту развитие выносливости.

Очень сложный вопрос — планирование тренировочного процесса. Тренер дает вам общую схему, он действует научно. Нет ничего проще взять написанный кем-то для себя план и выполнить его «тютелька в тютельку». Но ведь это чужой план, а на свете нет двух совершенно похожих людей! Что подошло одному штангисту, может не годиться для другого. Надо искать то, что необходимо именно вам, подходить к делу творчески. Этим вы никогда не обидите, напротив, обрадуете своего тренера, потому что цель-то у вас одна — достижение высоких спортивных результатов.

Вот и все. Завидую парню, который придет сегодня вечером в зал тяжелой атлетики. Меня порою спрашивают: мол, что вам дал спорт, да что он взял? Такие счеты я не люблю. Отвечаю коротко: дал очень много. А не взял ничего.
 


ПРЕДЫДУЩАЯ СТРАНИЦА    В ОГЛАВЛЕНИЕ    СЛЕДУЮЩАЯ СТРАНИЦА

 

 

 

 

 

Реклама