Библиотека

НовостиО себеТренингЛитератураМедицинаЗал СлавыЮморСсылки

Пишите письма

Силовой

 

 

 

                                  Леонид Жаботинский

 

СТАЛЬ И СЕРДЦЕ

Покорись, мировой! . .

 

Говорят, у студента перед экзаменами всегда одно­го часа не хватает. Это верно — по себе знаю. Но сейчас мне не хватает, по крайней мере, 12 часов в сутки. Никогда еще не попадал в такой цейтнот. Солдатская служба, четыре тренировки в неделю, курсовая работа в институте, семья... Рая все понимает и делает все, чтобы как-то облегчить мне эту чрезмерную нагрузку. А вот Русик ни с чем считаться не хочет — тянет ручонки, лепечет: «Папа» — и не отпускает...

Но ничего не поделаешь, надо готовиться к Спартакиаде. В эту спортивную страду все спортсмены стремятся сделать что-то особенно хорошее, выступить с особым блеском. По четыре часа в день не выхожу из зала «Металлург», а кроме того, по давней привычке, толкаю ядро (уже под 17 метров), играю в баскетбол и «режусь» с друзьями в настольный теннис. Очень люблю эту игру и в немалой степени обязан ей тем, что при своем большом весе не теряю подвижности. А вешу я уже около 140 килограммов — оставил позади и Юрия Власова (эх, когда же обойду его и по весу на штанге!), и других тяжеловесов.

Уже и ребята с «Запорожстроя», тренирующиеся рядом со мной в зале «Металлург», начинают сдерживать:

— Ну, может, хватит на сегодня? Ведь, пожалуй, тонн десять перетаскал, не меньше!..

— Сейчас, сейчас! Вот еще один подход сделаю!..

Спартакиада Украины на этот раз избрала своей тяжелоатлетической «резиденцией». Луганск. В то время этот славный своими революционными, и трудовыми традициями город и впрямь стал республиканской столицей нашего вида спорта и сохраняет этот титул и поныне. Этим званием Луганск обязан «могучей кучке» — тяжелоатлетам тепловозостроительного завода имени Октябрьской революции, объединенным в клуб «Заря».

Свои симпатии луганчане делят между двумя видами спорта — футболом и тяжелой атлетикой. В последние годы, когда футбольная команда «Заря» вошла в высшую лигу, ее популярность возросла.

Луганские ребята рассказывают, что однажды во время концерта в местной филармонии произошел такой курьезный случай. Певец исполнял знаменитую арию Ивана Сусанина. В зале, конечно, царила торжественная тишина. И вот со сцены прозвучали слова:

— Ты взойдешь, моя заря!..

И в то же мгновение кто-то громко зааплодировал. Соседи зашикали на нарушителя тишины, а он шепотом оправдывался:

— Виноват, не сдержался! О нашей «Заре» вспомнил. Она ведь завтра играет...

Лечу в Луганск полон надежд. В Запорожском аэропорту встретился с работником нашего горкома партии, страстным любителем спорта Валерием Нестеровичем Махониным. Заболтались с ним о разных спортивных делах и не услышали объявления о посадке на самолет до Луганска. Тогда лишь спохватились, когда загремело на весь аэропорт:

— Пассажиры Жаботинский и Махонин! Вы опаздываете на посадку!

Мы, конечно, со всех ног к самолету. Пропуская нас в салон, стюардесса укоризненно заметила:

— Что ж это вы опаздываете, товарищи штангисты ?

Мы с Валерием Нестеровичем переглянулись: с какой это стати его штангистом называют? А стюардесса (как оказалось, болельщица тяжелой атлетики), разнося конфеты, обратилась к моему спутнику:

— Ну, как вам, товарищ Вахонин, наше Запорожье понравилось?

Немного недослышав, девушка приняла Махонина за Алексея Вахонина и не могла отказать себе в удовольствии побеседовать с ним.

За время, прошедшее между II и III Спартакиадами, произошла в значительной степени смена спортивных генераций, и на луганском помосте появилось немало атлетов младшего поколения. Особенно хорошо показали себя луганчане Георгий Дяченко и Юрий Яблоновский, криворожец Станислав Батищев и другие представители новых тяжелоатлетических центров.

К ним присоединилось в те дни и Запорожье, у которого тогда впервые явился свой абсолютный чемпион республики. Мне сравнительно легко удалось завоевать это звание. Результат Георгия Дяченко, занявшего второе место, был значительно ниже моего. Приятно, конечно, но немного испортило всю «обедню» то, что так и не смог я побить мировой рекорд Шеманского в рывке. А ведь так стремился к этому!.. Ну ладно, еще впереди Москва!

Знакомый клуб общества «Шахтер», куда когда-то я робко входил зеленым новичком, поглядывая снизу вверх на премьеров «железной игры». Теперь уже и по моему адресу звучат аплодисменты москвичей, когда судья-информатор представляет участников соревнования в тяжелом весе. Что ж, такой аванс надо отработать! Недаром ведь я стою в одной шеренге с Юрием Власовым, Алексеем Медведевым (это уже одно из последних выступлений Алексея Сидоровича), Юрием Вильковичем, Виктором Поляковым, Виктором Андреевым! Последний — могучий и кряжистый чуваш — «прорезался» как-то неожиданно и уже стоит на самом пороге «клуба пятисотников».

В зале, уже в роли зрителей, отсоревновавшиеся мои недавние одноклубники-запорожцы. Славно поработали на спартакиадном помосте бульдозерист Иван Плаксюк, слесари Игорь Леонтьев и Николай Рогачев, инженер Ананий Либман, монтажник Александр Стрельцов и другие посланцы «Запорожстроя». Они заняли второе командное место в соревнованиях коллективов физкультуры. Только шахтерам удалось опередить моих земляков.

— Ну, как чувствуешь себя, Леня? — спрашивают ребята перед моим выходом на помост.

— Как в трамвае — трясусь, но держусь, — отшучиваюсь я.

А самому и вправду не по себе: сделаю или не сделаю?..

Ну, слава богу, жим уже позади! 175 килограммов. Это для меня очень важно. Больше выжал только Власов, и теперь, если не сорвусь, второе место, пожалуй, от меня не уйдет. Но с какой суммой? Преодолею ли самого себя? И, главное, удастся ли тот рывок, о котором думаю столько месяцев?

Для первого подхода заказываю довольно скромный для себя вес — 145 килограммов. Так, «прожиточный минимум» уже обеспечен. Взял вес без особого напряжения, и можно несколько минут передохнуть перед следующей ступенью.

В разминочной открыты окна. Сквозь них доносятся аромат цветов в садике за клубом и затихающий шум вечерней Москвы. Снова мой выход.

На штанге — 155. Туже затягиваю пояс. Это обычное движение штангистов всегда напоминает мне действия солдата перед боем, когда невольно подтягивается каждый, проверяет, все ли застегнуты пуговицы на гимнастерке, чтобы в следующую минуту бросить себя в решающую атаку...

Есть!

Осторожно (ведь помню киевский урок!) опускаю снаряд на помост и радостный возвращаюсь в разминочную комнату. Теперь спокойствие! Ни о чем не думать, ничего не загадывать! Через какой-нибудь десяток минут решится все: пан или пропал? Но попробуй не думать о белом медведе, как в той сказке о неудачнике искателе клада! А что как не убью этого медведя и клад снова на семь верст под землю уйдет!..

Вот уже снова слышится моя фамилия. Давай, Леня!..

Передо мною рекордный вес. 165 килограммов. На один больше, чем поднял Норберт Шеманский. Покорится ли мне стальная громадина? Натирая руки магнезией, искоса, словно на живое и опасное существо, бросаю взгляды на снаряд. Потом смотрю в зал, хочу разглядеть хоть одно знакомое лицо, найти в нем поддержку, но все сливается в глазах...

Кладу руки на гриф, согретый ладонями моих предшественников, ощущаю его округлость каждым бугорком мозолей, каждой клеточкой. Тяга! Подрыв! Подсед!.. Нет! Штанга вырывается из рук и с тяжелым грохотом падает на помост!

«Не взял! Не взял!» — стучит кровь в висках. И я бегу от этого стука за кулисы, расталкивая товарищей, столпившихся у входа на сцену.

— Пойдешь на четвертый? — спрашивает меня Николай Петрович Лапутин, и в этом вопросе одного из руководителей нашей украинской команды я слышу утверждение: ты должен пойти, ты можешь взять! Вперед!..

Дружеские руки массируют мне мышцы, дружеские голоса подбадривают меня, и я решаю сделать последнюю попытку.

Снова я стою перед снарядом, снова залегает тревожная и настороженная тишина в зале. И лишь кое-где кто-то выдает кашлем волнение, охватывающее сейчас сотни людей. А ко мне внезапно приходит удивительное спокойствие. Ну и что, если не возьму? Я ведь сделал все, что мог, не только для самоутверждения — для команды. Почему-то, вовсе некстати, выплывает в памяти строчка из «Василия Теркина»: «Это ж, брат, еще у немцев не последний самолет...» А может, и кстати? В самом деле, разве это мой последний выход на помост? Не сегодня, так завтра, а-таки возьму тебя, рекордный вес!

Нет, надо сегодня! Сейчас!

Р-раз!

Точное, заученное, тысячи раз повторенное движение — и штанга взлетает над головой, замирает на вытянутых вверх в нечеловеческом напряжении руках. Какое-то мгновение я держу ее, сам еще не веря, что удалось, что я сделал это.

— Опустить!

И маленькие белые солнца на судейском светофоре озаряют мое счастливое лицо и все вокруг. Сделал! Взял! Последний из мировых рекордов в тяжелом весе стал твоим, Родина!

Ну, теперь мне все по плечу! Толчок идет у меня на диво свободно и раскованно. Я набираю в этом движении 200 килограммов и обеспечиваю себе отличную сумму — 530 килограммов и второе место после Юрия Власова. Он набирает 542,5. На третью ступень пьедестала почета поднимается Виктор Поляков.

Едва заканчиваются соревнования, как ко мне бросаются хлопцы-запорожцы. Обнимают, жмут руку. Безгранично счастливый, выхожу с ними из зала.

— Да, неплохой рекорд Запорожской области! — говорит, смеясь, тренер «Запорожстроя» Михаил Шитиков.

Эти слова слышит какой-то паренек и удивленно пожимает плечами:

— О каком это вы рекорде говорите?

— То есть как о каком? — подмигивает мне Шитиков. — О 165 килограммах в рывке!

— Так это же мировой рекорд!

— Нет, вы что-то перепутали, молодой человек, — с серьезным видом возражает Михаил. — Это рекорд Запорожской области! Разбираться надо!..

 

 Предыдущая страница        В начало         Следующая страница

 

 

 

 

 

Реклама