Библиотека

НовостиО себеТренингЛитератураМедицинаЗал СлавыЮморСсылки

Пишите письма

Силовой портал Топ

InterSib Каталог ресурсов Сибири

 

 

Яков Куценко

 
"В жизни и спорте".

ГЛАВА 17  Русалка меняет меч на штангу.
 

 

Чемпионат мира 1959 года состоялся в Варшаве. Впервые мне посчастливилось посетить Польшу шесть лет назад вместе с командой, которая состояла преимущественно из молодых атлетов профсоюзных спортивных обществ. Мы приехали на месячник польско-советской дружбы, и выступления наших штангистов носили скорее показательный, нежели спортивный, характер. Тогда польская тяжелая атлетика только начинала свои первые неуверенные шаги, и, конечно, о серьезной конкуренции со стороны гостеприимных хозяев не могло быть и речи.

Вспоминаю, наши ребята старались во всем помогать польским атлетам, охотно делились опытом, давали советы. В Варшаве в зале Академии физического воспитания мы провели первые совместные тренировки с польскими тяжелоатлетами.

Варшава залечивала раны, нанесенные войной. Почти на каждой улице оставались еще разрушенные дома, и возле них кипела работа. Только главная магистраль столицы - Маршалковская - была полностью восстановлена. Особенно тщательно и любовно поляки обновляли исторические па мятники, разрушенные в период фашистской оккупации.
Мы побывали тогда в Кракове, Новой Гуте, Лодзи, Жешуве, Катовицах и всюду видели стремление как можно скорее ликвидировать последствия войны, не оставить о ней даже воспоминания. И только в одном месте все оставалось так, как в страшные годы гитлеровского господства, - в Освенциме: колючая проволока, глумливая надпись над воротами "Работа делает свободным", печи крематория... Печальным было посещение, и нельзя найти слов, которые передали бы жгучую ненависть к фашизму, охватившую каждого из нас.

С тех пор Варшава преобразилась - мы отметили это уже по дороге к гостинице. Нашу команду встречал старый знакомый, доктор Фирсович.

— В Москве дождь, - говорю ему, - а у вас солнечно, тепло.

— Мы не замечаем этого, сейчас мы словно в лихорадке, - отвечает он.

Правда, хозяевам было отчего волноваться. Ведь тяжелоатлетический спорт - едва ли не самый молодой в Польше. И хотелось бы у себя дома выступить удачно.

Польские афиши, мне кажется, одни из самых интересных в мире. На этот раз добрая половина их посвящена чемпионату. Сирена - эмблема города - держит в руках вместо меча штангу. Пресса полна сообщений о предстоящих соревнованиях богатырей, причем все это сделано весело, остроумно, со вкусом. Шаржи, карикатуры выполнены блестяще.

Наша команда пополнилась четырьмя новыми именами. Это А. Фараджан, Р. Плюкфельдер, Ю. Власов и В. Двигун.

К новичкам особый интерес.

Американцев всего шестеро. Винчи отказался от поездки; жена вот-вот должна подарить ему ребенка. Не приехал и Шеппард. Репортеры держат на прицеле Брэдфорда. Перед тем как оторвать штангу от помоста, 293 он громко произносит: "Иоу-эй!", что-то вроде нашего русского "Эй, ухнем!".

О Юрии Власове знали уже все, и, где бы он ни появлялся, его моментально окружало плотное кольцо почитателей.

Здесь впервые мы увидели негра из Англии Луиса Мартина; он красив, могуч, словно высечен из коричневого мрамора. Он культурист.

Боб Гоффман не очень оптимистичен:

— В семнадцатый раз везу свою команду через океан. Что будет? На сей раз они плохи. - И, помолчав, добавил: - Коно, конечно, это не касается.

Начало для нашей команды было хорошим: Владимир Стогов завоевал золотые медали чемпиона мира и Европы. Но сумма 332,5 кг была для него средним результатом. Ближайший конкурент Мариан Янковский показал 320 кг, а венгр Фельди - 295 кг.

Второй день соревнований был "польским". Евгений Минаев из-за травмы не участвовал в соревнованиях. Бергер пребывал в прекрасной форме, как всегда обаятельный, веселый, уверенный в себе, - казалось, теперь у него вообще не осталось конкурентов.

И вдруг в спор с американцами властно вмешался поручик Войска Польского Мариан Зелинский. Он ломает планы американцев. По сумме, набранной в двух упражнениях, поляк догнал Бергера.

Окончательный результат борьбы зависел от тактического умения спортсменов, их волевых качеств.

Итальянец Манирони поднял 132,5 кг. После того как Бергер толкнул 140 кг, а Зелинский 142,5 кг, итальянский атлет выбыл из игры. Не выдержали нервы у Бергера. Польский атлет имеет перевес в 2,5 кг. Удастся ли американцу поднять 145 кг?

Бергер подошел к штанге, потом в раздумье повернулся к ящику с магнезией, долго натирал руки.

Подсед. С огромным усилием он поднялся, ноги его дрожали. Даже человеку, не искушенному в тяжелоатлетическом спорте, было ясно, что в таком состоянии едва ли можно поднять штангу. Бергер слишком глубоко сделал "ножницы" и, потеряв равновесие, упал на спину.

Мариан Зелинский победил. Его жена заплакала от счастья:

— Наконец! Он приложил столько усилий!

Зал гремел рукоплесканиями, восторженными выкриками. Еще бы! Только что родился первый в истории польской тяжелой атлетики чемпион мира. Пять тысяч зрителей скандировали: "Сто лят!", "Сто лят!".

Польская пресса широко и взволнованно откликнулась на успех земляка. Обозреватели отмечали, что тесные контакты с советскими штангистами во многом помогли польской тяжелой атлетике.

В 1954 году Дмитрий Иванов впервые завоевал победу в легком весе. Эстафета чемпиона была передана Николаю Костылеву, потом Игорю Рыбаку и, наконец, Виктору Бушуеву, который в Нью-Йорке показал 392,5 кг - сумму, к которой никто больше не мог приблизиться.

На сей раз единоборство в этой категории произошло между двумя соотечественниками - Бушуевым и Фараджаном - чемпионом Спартакиады народов СССР. Победил опытный Бушуев - 385 кг.

На тренировках Коно выглядел очень усталым... Было похоже, что он, наконец, уступит место первого отлично подготовленному Федору Богдановскому.

— Я очень высокого мнения о Богдановском и вижу, что он лучше подготовлен, - сказал мне Терпак. - Но запомните: победит Коно. Вы ведь знаете: воля его делает чудеса.

В день соревнований я спросил у Коно, думает ли он 295 победить Богдановского. Это не было бестактностью: ведь мы давние знакомые.

— Такие мысли выводят из равновесия, - ответил он. - Я себя убеждаю, что должен показать хороший результат. Если удастся превзойти свой мировой рекорд в троеборье, я буду счастлив, даже проиграв.

Коно показывает в жиме 132,5 кг. Слово за Федором. Успех американца сковывает его, и, хотя вся борьба еще впереди, Федор заметно растерялся. Только этим можно объяснить, что, выжимая на тренировках 142,5 кг, он не осилил в Варшаве и 135 кг. Теперь все зависело от того, сумеет ли Богдановский взять себя в руки, как Коно.

Он не сумел. Коно поднял 425 кг, Федор - на 7,5 кг меньше.

В восьмой раз "железный гаваец" стал чемпионом мира. Этого, кроме него, сумел добиться только один атлет - Джон Дэвис.

Плюкфельдер поразил всех: дебютант мировых соревнований внешне не проявил ни малейшего волнения. Вот ему уже время выступать, а он спокойно беседует с товарищами" тщательно устанавливает штангу и, к всеобщему удивлению, вдруг принимается заколачивать гвозди, выступившие на помосте.

— Нет, я не видел еще такого человека. Вероятно, он без нервов, - удивляется Бруно Нюрберг.

Шахтер из кузбасского города Киселевска в жиме намного обошел ближайших конкурентов, зафиксировав 145 кг. На табло загорелись только белые лампочки.

Сейчас будет рывок. На штанге 132,5 кг. Что-то снова отвлекает внимание Плюкфельдера. Оказывается, от бросков штанги настил на помосте в нескольких местах поврежден. Рудольф по-хозяйски устранил шероховатости, а затем, подойдя к штанге, изящным движением поднял ее. Так же безукоризненно зафиксировал он и 137,5 кг. На стальной гриф прибавляют еще 2,5 кг. Это на 500 г больше мирового рекорда. Бурными аплодисментами зрители приветствуют спортсмена, который надежно держит над головой рекордный вес.

В толчке борьба шла лишь за второе место. Плюкфельдер делает заявку на 172,5 кг. Красиво толкнув штангу, Палинский лишает Джорджа последней надежды на серебряную медаль.

Теперь он вынужден толкать 175 кг. Ясно, это ему не под силу.

Плюкфельдер установил новый рекорд мира в троеборье - 457,5 кг. Палинский в блестящем стиле в четвертой попытке устанавливает рекорд в толчке - 178,5 кг. Третьим был чех Пшеничка, волевой и решительный атлет. На пределе своих сил он толкнул 157,5 кг что дало ему возможность стать бронзовым призером.

Мы не думали, что Аркадий Воробьев проиграет. Не мечтал о победе совсем еще юный, неопытный Луис Мартин.

Даже журналисты не могли предвидеть этого.

Всех соперников Воробьева - Шеппарда, Эмрича, Дебюфа - в последних с ним поединках гипнотизировала волевая хватка выдающегося советского штангиста. Однако чемпионом стал Мартин с суммой 445 кг. Воробьев показал такой же результат, но, как выяснилось, был на один килограмм тяжелее молодого негра из Великобритании. Если дебютант мирового чемпионата мог быть доволен, то для Воробьева этот вес означал поражение: его лучший результат равнялся 470 кг. Что же произошло с нашим чемпионом?

Он победил всех соперников на соревнованиях по программе II Спартакиады народов СССР. Но золотая медаль была завоевана дорогой ценой - неимоверными волевыми усилиями и травмой ноги. Сказались частые 297 выступления на соревнованиях, переутомление.

Когда началась подготовка к варшавскому чемпионату мира, Воробьев находился еще в больнице. Кое-кто из тренеров высказывал мнение, что лучшие времена атлета уже прошли, что следует ориентироваться на более молодого. Вероятно, слухи об этом дошли до Воробьева. Не закончив лечения, он подался на Черное море и там, превозмогая боль от травмы, начал тренироваться самостоятельно. В Москву, где готовилась команда, он приехал недели за три до выезда на чемпионат и неожиданно пришел на тренировки. Его показатели были не хуже, чем показатели другого полутяжелоатлета В. Двигуна, и тренерский совет отдал предпочтение опытному, проверенному бойцу.

Как и все другие тренеры, я знал, что на этот раз Воробьев не очень хорошо подготовлен.

Еще дома, когда, докладывая участникам сборной о ее составе, я назвал имя Воробьева, все промолчали. Один " только Медведев спросил:

— Не думали вы о другом варианте?

Воробьев проиграл.

Я, как тренер, готовился к неприятным объяснениям в Москве. Меня мучила неуверенность. Я оправдывался перед собой тем, что поздно принял команду. Что поделаешь - будет еще бурное заседание Федерации, еще появится статья "Пусть не вспыхивают красные семафоры", еще бесчисленное множество раз будут спрашивать "почему?"...

В таких крупных соревнованиях Юрий Власов принимал участие впервые. Незадолго до этого он установил рекорд в толчке - 197,5 кг, побив один из феноменальнейших рекордов Андерсона. Опасаться за него не было оснований. Но это был его дебют.

В Варшаве Юрия ждали. Боб Гоффман сразу же спросил о нем:

— Хочу увидеть парня, который лишил моего Поля рекорда.

Во время тренировок Власова он молчал, потом сказал:

— Шеманский, Девис, Андерсон были великими атлетами. Но Власов - лучший из тех, кого я видел.

Власов весил 115 кг. Это пустячный вес по сравнению с другими атлетами тяжелой категории. Любители сенсаций интересовались его аппетитом, но им пришлось довольствоваться самыми скромными сведениями: он ел как обычный сильный мужчина.

На вопрос Власова о Джиме Брэдфорде тренер американцев Терпак ответил: - Наш лидер наконец взялся за тренировки и сможет в сумме показать полтонны.

Действительно, Брэдфорд работал в полную силу. Он выжал 167,5 кг. "О'кэй", - слышится вокруг. "О'кэй", - произносит и сам Джим. Он доволен собой. Гоффман тоже доволен главным козырем своей команды. Терпак угощает всех жевательной резинкой. Усиленно работая челюстями, все обсуждают шансы Брэдфорда.

Да, результаты тренировок дают основания для серьезного разговора с Власовым.

Юрий нервничал. Начало было не совсем удачным. В жиме он зафиксировал всего 160 кг. Следующий подход - 167,5 кг. Наш атлет допускает грубую ошибку. Плохо. Совсем плохо для начала, тем более на первых в жизни крупных соревнованиях.

А в это время Брэдфорд фиксирует 170 кг и сразу же вырывается вперед на 10 кг. Это только жим. Что же будет дальше?

Гоффман радуется. Товарищи Брэдфорда - тоже. Ему дают серые таблетки протеина, в мощное тело втирают разогревательную жидкость, бережно, словно ребенка, укутывают в теплые одеяла.

Рывок 145 кг дался Брэдфорду нелегко. Он скрежетал своими ослепительно белыми зубами, а глаза лихорадочно горели перед каждым выходом.

Власов действовал осторожно, без риска. Он последовательно зафиксировал 140 и 145 кг. А перед третьим подходом случилось что-то совсем неожиданное: уходя с помоста, он зацепился за выступ и оторвал подошву ботинка. Судейские правила неумолимы: три минуты, только три минуты между подходами.

Кое-как приладив подошву, Юрий подошел к штанге. 147,5 кг зафиксировал блестяще. Он просит разрешения на четвертую, незасчитываемую попытку для установления мирового рекорда.

Штанга весом в 153 кг взлетела в воздух и замерла в сильных руках. Но дело было не только в килограммах. Я увидел, как на глазах рождался рекорд. Только что пришла уверенность. Сейчас Власов способен сделать все, выложить все силы, лишь бы догнать Брэдфорда. Джим чувствует, что советский атлет идет в наступление. Американец в толчке не может поднять больше 177,5 кг и заканчивает борьбу с суммой 492,5 кг.

Издавна среди атлетов существует такая известная истина: "Кто силен в толчке, тот силен в троеборье". Уже после первого подхода Власов догнал Брэдфорда по сумме трех движений и выиграл звание чемпиона: он был легче американца. Но советский атлет имел право еще дважды подойти к штанге. Легко и грациозно, если так можно говорить о человеке, поднимающем 192,5 кг металла, Юрий фиксирует этот вес. Есть 500 кг!

Шесть лет напряженных занятий принесли ему две золотые медали, славу и звание сильнейшего человека планеты. Тогда его способности еще далеко не раскрылись. Он был немного угловатый, совсем не похожий на того Юрия Власова, каким он стал вскоре.

Он еще не догнал Поля Андерсона, но приблизился к нему и добился высокого коэффициента полезного действия - очень высокого результата по отношению к своему собственному весу.

Будущее подгоняло его.

Советские атлеты не раз проявили себя подлинно золотых дел мастерами, завоевав 10 золотых медалей - четыре мировых и шесть европейских. Восьмой раз наши атлеты возвращались домой победителями. Это никого не удивило, нашу победу встретили как закономерность. А то, что молодая польская команда заняла второе место, оттеснив американцев и обогнав их на 7 очков,. стало едва ли не самой большой сенсацией соревнований.
 

 

 

Предыдущая страница

В оглавление Следующая страница


 

 

 

 

 

Реклама